Сегодня расскажу немного про одно из недавних допинговых дел (спойлер — проигранное), в котором помогали спортсменке, и на днях получили решение. Про проигранные дела мало кто рассказывает, как правило, юридические фирмы публикуют новости только о победах, что вполне понятно и ни в коей мере не осуждается. Но часто выводы из проигранных дел могут быть полезны не только самим юристам, но и более широкой аудитории. Собственно, рассмотрим проблемы доказывания непреднамеренности нарушения антидопинговых правил и какие проблемы в их доказывании есть в практике.

Немного теории

В пробе спортсменки нашли оксандролон (запрещенная субстанция категории анаболических стероидов), значит базовый срок дисквалификации 4 года. Чтобы снизить срок дисквалификации согласно Кодекса ВАДА, спортсмен должен либо а) доказать, что нарушение совершено в отсутствие вины, б) с незначительной виной или халатностью, либо в) это нарушение было совершено непреднамеренно. Чтобы удовлетворить первым двум критериям, то есть «без вины» или «с незначительной виной или халатностью» — Кодекс ВАДА четко прописывает, что спортсмен должен показать источник допинга, то есть каким образом запрещенная субстанция попала в организм. Чтобы удовлетворить критерию «непреднамеренного нарушения», Кодекс ВАДА не обязывает спортсмена показать источник допинга, то есть формально такого требования в Кодексе нет (ст. 10.2.3).

Однако, на протяжении всей истории антидопингового регулирования вплоть до 2016 года трибуналы CAS в унисон говорили, что определение источника допинга — является обязательным условием для сокращения срока дисквалификации, в том числе и в случаях, где спортсмен лишь требует признать нарушение как совершенное «непреднамеренно». То есть даже несмотря на то, что в Кодексе нет такого требования, практика трибуналов говорила иначе.

Новый тренд

Далее, в 2016 году появляется прецедентное решение CAS (Villanueva vs. FINA) в котором ведущие арбитры говорят, что а) формально, для признания нарушения как совершенного «непреднамеренно» источник допинга определять не обязательно, б) если источник допинга не определен, то лишь в исключительных случаях арбитры могут признать, что нарушение будет непреднамеренное; при этом арбитры могут принять такое решение даже на основании слов спортсмена с учетом всех фактов дела.

Таким образом, получилось следующее, — CAS установил, что все-таки да, если в Кодексе ВАДА нет требования об источнике допинга для непреднамеренных нарушений, то как бы спортсмены могут доказывать «непреднамеренность» и без определения источника. Но вместе с тем суд отметил, что такие случаи будут прям вот вообще исключительными.

Учитывая, что описанное решение CAS принято гуру спортивного арбитража (Hon. Michael Beloff, и т.д.), такой подход в решениях и позициях арбитров начал набирать популярность. Можно сказать установился тренд, что и было нами доказано в проигранном деле.

Возможно Вас заинтересуют наши услуги в рамках практики спортивного права и консалтинга? контракты футболистов, контроль за спортом

Проблемы толкования «исключительности»

Но основной вопрос, который остался висеть в воздухе на протяжении 2016-2018, заключался в том, какие обстоятельства должны быть у дела, чтобы можно было присвоить ему статус «исключительного». Или — какие доказательства спортсмен должен представить, чтобы арбитры сочли такое дело «исключительным», в отсутствие конкретных сведений об источнике допинга,а только с учетом предположений.

И вот с 2016 года — разные международные юристы пытаются выиграть в CAS дела в интересах своих клиентов, спортсменов, где спортсменов обвиняют в применении допинга, а источник допинга не удалось установить. И в этих делах юристы пытаются убедить CAS, что «мое-то дело, друзья, ну ей богу, точно исключительное». Представляют разные доказательства, факты, сведения — но, к сожалению, успешно было только одно из более, чем 20-ти попыток. И даже это одно успешное, было очень противоречивое в части позиции арбитров CAS и сильно критикуется.

Повторюсь, основная проблема таких дел заключается в том, что CAS не говорит «товарищи, вот примеры исключительного дела», а просто рассматривает, скажем, упомянутые 20 дел, и говорит «нет, товарищи, сорри, но этих доказательств недостаточно, чтобы признать дело исключительным», или «к сожалению, не видим тут исключительности». И опять, нормальной оценки фактов не дает, чтобы лучше разобраться, а в каком случае данное дело было бы исключительным.

Сейчас, я надеюсь, мы логично подошли к делу нашему, в котором я тоже пытался воспользоваться этой новой концепцией «исключительности» обстоятельств и доказать CAS, что «ну ей богу товарищи, наше дело — точно «исключительное»». Очевидно, я бы не лез в это дело, если бы не было интересных предпосылок, потому что шансы на успех, 1 к 100 в лучшем случае. И портить себе победный страйк не очень то хотелось. Но кому не хочется занести прецедент. Плюс, со спортсменкой подали заявление на финансовую помощь в CAS, CAS одобрил и арбитражные расходы в размере более 30 к евро нести не пришлось. Суд бы не одобрил такое заявление, если бы не посчитал, что теоретически предпосылки к успеху есть.

Детали дела

Итак, в нашем деле есть спортсменка-парапауэрлифтер, которая а) как во время допинг-пробы, так и до — предпринимала меры для того, чтобы забеременеть (пила таблетки и т.д.); все подтверждается документально, б) имела ряд очень серьезных заболеваний, при которых прием стероидов — был бы очень противопоказан; образно говоря, все знают, думаю, что при опухлях прием стероидов вредит, так как опухли растут. и в) была просто доминирующим лидером в своей спортивной категории. То есть, если скажем, как правило между 1 местом и вторым на соревнованиях разница в результате небольшая, то у нашей спортсменки — ее 1 место почти всегда 120-140 кг, а у спортсменов второго места 50-75 кг. Как бы на первый взгляд, подумаешь, зачем тут допинг, если итак выиграешь. г) было несколько других менее значимых фактов, и что давно выступает и история чистая, и то, что за 3 недели до положительной допинг пробы — сдавала отрицательную и т.д.

И как бы мне показалось, что ну слушайте, вроде при таких условиях смысла допинговать казалось бы нет. Собственно, это и пытались доказать.

Как уже известно, дело проиграли и доказать исключительность не удалось. Арбитр особо не вдаваясь в свою мотивировку написал так, что «да, согласен, что здоровье спортсменки, ее попытки заберемнеть, ее спортивное доминирование — это доказанные факты я их принимаю в качестве доказательств, но вместе с тем — я не считаю эти обстоятельства исключительными, а значит нарушение является преднамеренным». Вот как бы и все. Ну и 4 года дисквалификации.

спортивный юрист, допинг

Выводы

Таким образом, мы возращаемся к вопросу, — какие же тогда дела и обстоятельства исключительные? И CAS опять на этот вопрос не отвечает. Поэтому, очевидно, аналогичные попытки юристов будут предприниматься и в будущем, куда без этого.

Поэтому в заключение, хотел бы сделать следующие выводы:

1) можно ответственно утверждать, что если не удалось обнаружить источник допинга в делах со стероидами (иными неспецифическими субстанциями) — то доказать непреднамеренность нарушения и «исключительность» дела — очень тяжело. Соответственно, вероятность того, что спортсмену дадут 4 года — стремится в космос, то есть очень высока. Именно поэтому очень важно предпринять все возможные меры, чтобы источник допинга обнаружить.

2) В продолжение первого пункта, хотя я и повторял это в ранних постах, в допинговых делах, особенно в международных трибуналах, наличие денежных средств часто играет важную роль. Потому что хорошие эксперты (химики-аналитики, биохимики, гематологи) в России редкость, а со знанием языка, к сожалению, вообще по пальцам считать можно. А у большинства российских спортсменов средств на иностранных специалистов нет.

3) никогда не принимайте советы представителей лиг и федераций, клубов, за последнюю инстанцию. даже если они говорят, что знают, или действительно знают предмет, всегда консультируйтесь с юристами. хоть и действуют такие люди, как правило, из лучших побуждений, и это прекрасно, но их оценка своих компетенций не всегда соответствует реальности. не раз и не два приходили спортсмены, которым давали советы, в буквальном смысле, способные принести громадные проблемы и поставить карьеру в тупик.

Офис в г. Москва